В Германии найдены стенограммы протоколов допроса адмирала А.В. Колчака стенографистки С. Каминской?

В середине 1990-х, рассматривая аспекты новых подходов в исследовании истории Гражданской войны в Сибири, я отмечал необходимость выверки и сопоставительного анализа архивных документов и источников по «колчаковщине», опубликованных в свое время в советской России и русским зарубежьем.

Подчеркивал, что особого внимания заслуживают работы свидетелей событий по «количественно» и «качественно» переписанной «обновленческой» историографии 1960-80-х.

Работа по этому направлению на протяжении ряда десятилетий была практически малоперспективной по трем основным причинам. Содержание третьей причины я связывал с использованием исторического документального наследия страны в личных интересах, ссылаясь при этом на работу Х.

Х свидетельствовал: «В сентябре 1919 г. меня направили в Сибирь в распоряжение члена коллегии Наркомгоскона (народный комиссариат государственного контроля – С.Д.) А.К. Пайкеса, где я был назначен представителем Наркомгоскона в учетно-ревизионной комиссии, созданной в связи с ликвидацией колчаковщины…

Вскорости, после освобождения Омска, там появился инспектор Y. Он из разных мест свозил архивные дела, которые неожиданно для него опечатаны учетно-ревизионной комиссией. Без моего разрешения ему отказались выдать эти материалы… Из пояснений Y и надписей установил, что в мешках упакованы архивные дела колчаковского министерства внутренних дел, о содержимом же нескольких ящиков Y давал сбивчивые сведения: сначала сказал, что там книги, а когда именно это возбудило мой повышенный интерес, заявил, что в ящиках дела Акмолинской милиции. Открывать же ящики не захотел, сославшись на постановление Сибревкома о выдаче ему этих материалов, но соответствующего документа у него не оказалось…

Как известно, Y потом эмигрировал за границу, прихватив с собой ценнейшие исторические документы. Увез ли он и содержимое этих возбудивших мои сомнения ящиков, не знаю».

Сохранившаяся копия акта от 8 апреля 1921 в «Следственном деле по обвинению Колчака Александра Васильевича и других» помогла в середине 1990-х. удостовериться в том, что опасения Х были не напрасны, а также выявить предполагаемого автора первой публикации «точно воспроизведенной копии протоколов» Верховного правителя.

Тогда же я особо подчеркивал обстоятельства ведения стенографирования допросов Верховного правителя России. Ведь во время допросов работали две стенографистки – С. Каминская и Дробышевская, которые расшифровку и напечатание стенограмм осуществляли на дому.

Дополнительно см.:
http://svdrokov.blogspot.ru/2010/12/blog-post_25.html

Причем, 17 марта 1920 из квартиры Дробышевской, которая «самовольно уехала из Иркутска на Восток» была доставлена разорванная часть стенограммы. Видимо, всю дальнейшую техническую работу выполняла С. Каминская. Вот почему в примечаниях от редакции в книге «Допрос Колчака» 1925 отмечалось, что «некоторые места стенограммы и отдельные слова, не поддававшиеся прочтению, в подлиннике пропущены и на их месте поставлены многоточия». Просто Каминская не прочитывала запись Дробышевской.

Моя двоюродная сестра, проходившая зимою практику в Германии, привезла мне хорошего качества ксерокопию неизвестной школы стенограммы, которую условно можно сопоставить с практикой М.А. Терне и В. Штольке. О причинах, позволяющих мне предполагать о ее принадлежности к допросам А.В. Колчака, писать пока не буду…

Дайджест итогов Международной научной конференции «История белой Сибири»

В развитие поста: http://svdrokov.blogspot.ru/2013/02/blog-post_6.html

«Напомним, это будет уже X конференция в КемГУ по истории белогвардейщины, ее победах и ошибках, о долге, чести и предательстве, о трагедиях и завершении Гражданской войны… чтобы оценить боевые действия не только «красных», но и «белых», взвешенно и объективно. И, конечно же, добиться и обнародовать, по возможности, досье Колчака, протоколы его допросов и пр.»

Источники:
http://prokopevsk.bezformata.ru/listnews/istoriya-beloj-sibiri/9604918/
http://prkonline.ru/news/istorija_beloj_sibiri/2013-02-18-5354
http://kem.kp.ru/online/news/1368956/

Что имели в виду журналисты, когда писали о том, что следует «добиться и обнародовать, по возможности, досье Колчака, протоколы его допросов и пр.», лично я не понимаю. Неужели кому то в голову пришла затея в третий раз переиздать подлинные протоколы допросов Верховного правителя адмирала А.В. Колчака?!

Напоминаю, протоколы публиковались дважды: во-первых, в научно-практическом профессиональном журнале «Отечественные архивы» в 1994: Дроков С.В. Подлинные протоколы допросов А.В. Колчака и А.В. Тимиревой. № 5. С. 84-97 и № 6. С. 21-58, во-вторых, в сборнике (Дроков С.В. соавтор) «Верховный правитель России: Документы и материалы следственного дела адмирала А. В. Колчака». Изд-во Института российской истории РАН, 2010. 722 стр. ISBN 5-8055-0106-6. С.11-99.

Названное «досье», или правильно «Следственное дело по обвинению Колчака Александра Васильевича и других», описано и введено в научный оборот с 1994. Между прочим, со страниц сборников материалов именно конференции «История белой Сибири» свет узнал о целом комплексе первоисточников:

- 1-я конференция (7-8 февраля 1995). Дроков С.В. Подлинные протоколы допросов адмирала А.В. Колчака и А.В. Тимиревой как новый источник по истории «Белой Сибири». С.129-131,
- История «белой» Сибири в лицах. Биографический справочник/Мин-во общего и специального образования, СПбГТУ. – Санкт-Петербург, 1996. Дроков С.В. Червен-Водали Александр Александрович. С.58-60,
- 2-я конференция (4-5 февраля 1997). Дроков С.В. Материалы Следственного дела А.В. Колчака как источник по истории гражданской войны в Сибири (1918-1920 гг.) С.120-123,
- 3-я конференция (2-3 февраля 1999). Дроков С.В. К вопросу формирования новой концепции гражданской войны в Восточной Сибири. С.6-12,
- 5-я конференция (4-5 февраля 2003). Дроков С.В. К вопросу о «реабилитации» Верховного правителя России адмирала А.В. Колчака. С.214-221,
- 6-я конференция (7-8 февраля 2005). Дроков С.В. Хронология, участники событий и убийцы 31 заложника на Байкале в рождественскую ночь 1920 г. С.195-203,
- 7-я конференция (28-29 сентября 2009). Дроков С.В. Исход на Голгофу: красноярская дуэль (первоисточники о предательстве и доблести). С.209-214.

Дополнительно:
Дроков С.В. Полярный исследователь Александр Колчак//Северные просторы. 1989, № 6,
Дроков С.В. Адмирала Колчак и… другие//Северные просторы. 1990, № 6.
Дроков С.В. Порт-Артурский дневник лейтенанта Колчака//Советские архивы. 1990, № 5
Дроков С.В. Александр Васильевич Колчак//Вопросы истории. 1991, № 1.
Дроков С.В. К истории рода адмирала Колчака//Отечественные архивы. 1992, № 5,
Дроков С.В. Военно-морская миссия контр-адмирала Гленнона в Севастополь в 1917 г.//Отечественные архивы. 1993. № 4,
Дроков С.В. Военно-морская миссия вице-адмирала А.В. Колчака в Америку//Отечественные архивы. 1996. № 1,
Дроков С.В. Следственное дело А.В. Колчака как источник по истории гражданской войны в Сибири: Автореф. дис. на соискание уч. степени канд. ист. наук : спец. 07.00.09/С.В. Дроков.-М.:1998.-20с.

«Основные вопросы, рассмотренными в ходе конференции касаются роли и значения «белой» армии в годы Гражданской войны и проблем существования Сибири в этот период. - В годы советской власти история «красной Сибири», т.е. деятельность большевиков и различных организаций, была хорошо исследована. А вот деятельность их оппонентов – недостаточно. Поэтому, чтобы стереть «белое пятно» с истории нашего края, мы занимаемся этим вопросом уже почти 19 лет, – говорит доктор исторических наук, профессор КемГУ Сергей Павлович Звягин».

Источники:
http://kemerovo.bezformata.ru/listnews/belie-pyatna-sibirskoj-vojni/9613509/
http://www.kuzbass85.ru/2013/02/18/belyie-pyatna-sibirskoy-voynyi/

«С каждым годом Гражданская война открывается все новыми гранями. Исследования смещаются из плоскости событий в плоскость персоналий. Поэтому интерес историков распространяется и на судьбы тех, кто в войне участвовал, и тех, чью жизнь она радикально изменила… Как сообщает пресс-служба КемГУ, многие из слушателей с особым интересом ждут доклады: - «Пьянство, беспорядки в 1-м Енисейском казачьем полку». Автор - доктор исторических наук КемГУ Юрий Горелов. - «Изучение темы «Гражданской войны» в школьном курсе «История». Автор - кандидат исторических наук Западно-Уральского института экономики и права (г. Пермь) Алла Кальсина».

Источник «На международной конференции КемГУ рассматривают «Пьянство, беспорядки в 1-м Енисейском казачьем полку»:
http://kemerovo.bezformata.ru/listnews/konferentcii-kemgu-rassmatrivayut-pyanstvo/9636745/

«Многие из участников конференции поприветствовали участников конференции в Кемерово с помощью средств видеосвязи. Одним из них стал давний партнер исторического факультета КемГУ кандидат исторических наук Анатолий Всеволодович Шмелев (США). - Я видел программу этой конференции и заметил, что на нее присылаются очень интересные доклады. Мне думается, что многие из слушателей ждут доклад Юрия Павловича Горелова доктора исторических наук КемГУ – «Пьянство, беспорядки в 1-м Енисейском казачьем полку». Это не совсем обычный подход к изучению Гражданской войны.

На мой взгляд, из всех докладов наиболее интересное сообщение прозвучит от кандидата исторических наук Западно-Уральского института экономики и права (г. Пермь) Аллы Алексеевны Кальсиной – «Изучение темы «Гражданской войны» в школьном курсе «История». Этот доклад очень важен, потому что вся работа историков связана не только с распространением знаний между очень узким кругом ученых, но также их продвижение для образования людей. Чаще всего это происходит в школьные годы, когда закладываются основы всех знаний. Это помогает тому, чтобы дети уже с самого начала своего жизненного пути понимали историю, ее значение и хорошо разбирались в прошлом, – сказал он.

Еще одно видеоприветствие прозвучало от доктора исторических наук, профессора Дальне-Восточного государственного института сервиса и туризма Натальи Владимировны Хисамутдиновой (г. Владивосток). - Владивосток и Гражданская война – это очень близкие понятия. В настоящий момент я вижу залив Петра Великого, и это примерно то самое место, откуда около 90 лет назад Владивосток покидала сибирская флотилия контр-адмирала Георгия Карловича Старка – последнего представителя «белого движения».

С каждым годом Гражданская война открывается для нас все новыми и новыми гранями. Мне кажется, что исследования смещаются из плоскости событий в плоскость персоналий. Нам сейчас интересны и судьбы тех, кто в войне участвовал, и тех, чью жизнь она радикально изменила, – сказала Наталья Владимировна».

Источники:
http://www.kemsu.ru/articles/219#ad-image-2
http://sibdepo.ru/news/64627-na-mezhdunarodnoy-konferencii-kemgu-rassmatrivayut-pyanstvo-besporyadki-v-1-m-eniseyskom-kazachem-polku.html

Судя по названиям, из 60 представленных докладов непосредственное отношение к Верховному правителю адмиралу А.В. Колчаку имеют только 3 (три): - Оценка личности и управленческих качеств А.В. Колчака в современной сибирской историографии, - А.В. Колчак, вопрос о единстве России и союзники, - О суде над Верховным правителем адмиралом А.В. Колчаком и членами его правительства.

4 (четыре) посвящены обзорам новых архивных источников: - Власть, государство и общество в источниках личного происхождения периода Гражданской войны в Сибири, - История «белой Сибири» в новых документах Государственного архива Российской Федерации: поступления из Соединенных Штатов Америки, - Статистические листки и анкеты на заключенных Иркутской губернской тюрьмы 1920, - Советский концлагерь на Урале в 1918 (по материалам Государственного архива Свердловской области).

14 (четырнадцать) – персоналиям-участникам событий: - А.Н. Пепеляев: начало военной карьеры, - Генерального штаба полковник П.П. Петров на службе в штабе Приволжского военного округа Красной Армии (весна-8 июня 1918): штрихи к портрету, - «Дневник» В.Н. Пепеляева: кризис либеральной идеи, - Главный инспектор по пересылке арестантов при «белых» правительствах, генерал-майор Н.Н. Соболевский (1873-1943), - Ю.А. Фейфер: начальник тюрем в Восточной Сибири в 1918-1919, - Последний романтик сибирской кооперации: жизнь и деятельность Н.В. Фомина (1890-1918), - Н.Н. Богданов – посланец А.И. Деникина к А.В. Колчаку, - Рейд А.Д. Олиферова зимой 1920-1921, - Новые сведения о восстании П.К. Лубкова, - Колчаковские генштабисты в советском плену, - Судьба колчаковского врача Б.И. Фукса при советской власти, - Из Владивостока – в эмиграцию: судьбы дальневосточных профессоров, - Значимые места в семейной летописи Гариных-Михайловских: Россия, эмиграция, - Мемуары И.В. Абрамова о жизни русской эмиграции в Харбине в 1930-х-1950-х.

3 (три) – общим обзорам эмиграции: - «Исход» из России: первая волна эмиграции, - Русские общественно-военные организации в Харбине, - Русская эмиграция в Италию в годы Гражданской войны.

Остальное большинство – исследования-дайджесты, базирующиеся на печатных средствах массовой информации (газеты) периода Гражданской войны, представляющие безусловный исторический интерес.

Источник:
http://whitesiberia.narod.ru/doska.html

Тема моего представленного доклада «О суде над Верховным правителем адмиралом А.В. Колчаком и членами его правительства» была продиктована дискуссией в российской блогосфере о якобы отсутствующих формальных обвинениях, предъявленных советской власти к Верховному правителю России.

Комплекс же первоисточников, послуживших основанием для доклада, введен в научный оборот и раскрыт в следующих работах: Дроков С.В. Некоторые проблемы истории гражданской войны в Сибири//Вопросы истории. М. 1999, № 6. С.46-63; Дроков С.В. Суд на Атамановском хуторе//Исторический научно-популярный альманах «Белая армия. Белое дело». Екатеринбург. 2000, № 7. С.64-80; Дроков С.В. Адмирал Колчак и суд истории. – М.: ЗАО Центрполиграф, 2009. С.72-82, 116-123.

5 января 1920 для рассмотрения предварительного следствия на заключенных под стражу лиц за период свержения власти Политическим центром были образованы городские и уездные следственными комиссии. Им предоставлялись права: «1. Освобождать лиц, задержанных без достаточных к тому оснований. 2. Производить дознания о лицах, задержание коих признано необходимым в виду опасности их для образовавшейся народной власти и общественного спокойствия. 3. Производить обыски, выемки и аресты через подлежащие местные власти». Специальным (пятым) пунктом ограничивались полномочия комиссий в освобождении чиновников кабинета министров правительства Колчака, и «вообще лиц, занимавших ответственные должности или видное положение в органах свергнутой власти».

Руководством для дознания являлся устав уголовного судопроизводства, предварительное следствие и акты, составленные с соблюдением всех требований. Две меры пресечения: залог и надзор милиции, на арестованных не распространялись. Внутренний порядок работы комиссий назначался ими самими, с поручительством отдельных дел одному из семи членов.

Начало следствия по делу правительства Колчака – 7 января, когда была учреждена Чрезвычайная следственная комиссия (ЧСК), действовавшая на основании общего положения об уездных и городских следственных комиссиях, в составе: председатель – юрист, присяжный поверенный, меньшевик-интернационалист К.А. Попов; члены: представитель от Политцентра – член Учредительного собрания, эсер Л.Я. Герштейн, Исполкома Совета профсоюзов Сибири – эсер Г.И. Лукьянчиков, земского политбюро – член Учредительного собрания, бывший председатель Амурского правительства, секретарь Государственного экономического совещания правительства Колчака эсер А.Н. Алексеевский и председатель Иркутской уездной земской управы эсер И.И. Головко; М.Г. Гордин; инструктор Союза кооперативных объединений «Центросибирь» социал-демократ меньшевик-интернационалист В.П. Денике.

10 января ЧСК своим постановлением приняла решение о содержании формального «опроса, находящихся под стражей лиц, принадлежавших к составу центральных учреждений»: «1) Личность и служба в момент переворота 4-5 января с.г. и с какого времени состоял на должности или стоял у власти, 2) Кем и при каких обстоятельствах задержан, 3) Принимал ли то или иное участие в государственных переворотах: 1) июньском 1918, 2) сентябрьском того же года, 3) ноябрьском того же года, 4) Отношение к декабрьским событиям 1918 г. в Омске, 5) Круг деятельности служебной и общественной со времени июньского переворота 1918, 6) Принимал ли участие в политических работах Совета министров и своего министерства, 7) Какое участие принимал в последних событиях перед 4-5 января, 8) Принимал ли участие в постановлении от 19 ноября 1919 и пользовался ли этим постановлением, 9) Были ли на руках задержанного или в его распоряжении непосредственно перед переворотом 4-5 января казенные суммы и где они находятся».

Первоначальный итог по направлениям деятельности ЧСК позволил одному из руководителей Политцентра, члену Учредительного собрания А.А. Иваницкому-Василенко заявить о предварительных выводах в расследовании преступлений Омского правительства. «Открывается немало темных дел, – отмечал он, – с народным достоянием. Пока выяснены два крупных факта: бывшим министром финансов Иваном Михайловым экспроприировано из средств государственного казначейства бумажных денег сибирского образца на сумму 15 млн. руб., каковые он обменивал на так называемые романовки, платя за каждый романовский рубль 20 руб. сибирскими. Затем, бывшим временным председателем Совета министров Червен-Водали экспроприировано 10 млн. руб.; деньги эти, по простой записке Червен-Водали, Государственным банком выданы некому Казакову. Червен-Водали арестован и находится в Иркутской тюрьме, к розыску Ивана Михайлова и Казакова приняты меры».

С арестом Верховного правителя и председателя Совета министров В.Н. Пепеляева «хлопот» заметно прибавилось. 15 января 1920 в 7 часов вечера особая комиссия, прибыв к поезду № 52, приняла пленников, и передала дела на них для расследования в спешном порядке в ЧСК. На следующий день между К.А. Поповым и уполномоченным народно-революционной армии поручиком И.И. Кошкодамовым произошло распределение и препровождение в Иркутскую тюрьму еще 112-ти человек, снятых с поезда. Постановления № 27 от 16-го и № 25 от 17-го (такая датировка нумерации в документах – С.Д.) определили его порядок: «лица, состоящие на военной службе» зачислялись за начальником штаба армии (видимо предполагавшим самостоятельное судопроизводство), а в ведение ЧСК, помимо 66 арестованных, поступили А.В. Колчак, В.Н. Пепеляев и гражданская жена адмирала А.В. Тимирева.

Фактически установленную дату в производстве следствия по персональным делам Колчака и Пепеляева следует отнести на 17 января 1920. Она объясняется следующим обращением Попова в Политцентр: «Чрезвычайная следственная комиссия просит Вас сообщить: постановлено ли дело адмирала Колчака и председателя Совета министров Пепеляева передать в следственную комиссию?»

Спустя пять дней со дня ареста Верховного правителя Политцентр обратился к К.А. Попову с просьбой ускорить «судебное рассмотрение» дел в недельный срок. Ответ председателя комиссии звучал довольно официально: «Рассмотрев вопрос […] считаем возможным произвести расследование не менее чем в двухнедельный срок. О чем ставим Вас в известность».

Скорее всего, запрос и подтолкнул комиссию к спешному открытию заседаний по снятию допросов с Колчака 20 января, без предварительно выработанных программы, плана и обвинений. А 22 января 1920 в Иркутске был подписан акт о мирной передачи власти Политцентром (действовавшим во исполнение постановления Временного Сибирского Совета народного управления, принятого днем раньше) Военно-революционному комитету (ВРК) РКП(б).

Центр констатировал, что передал «всю полноту принадлежащей ему государственной власти на всей территории, освобожденной от власти реакции» под гарантии: «а) беспрепятственного пропуска чехословацких войск на восток в оружием в руках, при условии полного их невмешательства в русские дела и передачи народно-революционному комитету золотого запаса, находящегося ныне под охраной чеховойск; б) полной личной неприкосновенности демократии, боровшейся против власти Колчака».

«Временным положением о Чрезвычайной следственной комиссии при Иркутском Военно-революционном комитете» выделялись две неразрывные друг от друга задачи по расследованиям: «1) По делам б[ывших] Верховного правителя, Совета министров и ответственных представителей центральных ведомств, павшей 4-5 января с.г. власти, 2) По политическим делам особой важности как об агентах той же власти, так и о других лицах, возбуждаемым самостоятельно Чрезвычайной следственной комиссией…»

Из документа следует, что «большевистская» следственная комиссия Иркутского Ревкома не выделяла в особое судопроизводство следственное дело на А.В. Колчака, а рассматривала его неотъемлемой частью своих двух основных задач. И хотя «Временное положение» не датировано, можно предположить, что его принятие состоялось после приказа ВРК от 27 января № 6, когда спустя всего лишь пять суток «на территории, освобожденной от власти реакции», вдруг, объявилось военное положение, т.к. оговаривались судебные функции комиссии, действовавшей в период «контрреволюционного вооруженного восстания».

30 января было принято исключительной важности постановление, где подследственным впервые предъявлялись конкретные обвинения: «1) а. – в захвате власти вопреки воли народа и в ведении гражданской войны в целях восстановления дореволюционного режима, б. – в фактическом установлении на территории павшей власти дореволюционного режима, с доведением наихудших проявлений его до небывалых пределов, в частности, – 1) в упразднении всех политических и социальных завоеваний революции, в особенности по отношению к рабочему классу и беднейшему крестьянству; 2) в расхищении прямыми и косвенными путями народного достояния, 3) в создании целой системы организованных грабежей, вооруженных разбоев и всякого рода насилия над населением, разгромов и выжигания целых сел и деревень; 4) в организации одиночных и групповых убийств политических противников и массового истребления населения».

Постановлением ВРК Чрезвычайная следственная комиссия лишилась судебных функций и, более того, обсуждался вопрос о ликвидации самого комитета. Необходимость последнего отстоял Исполком Совета рабочих и солдатских депутатов, принявший специальное решение: «…ввиду запутанных условий политического положения в связи с надвигающимися бандами Каппеля, а также угрозы со стороны семеновских банд, существование Военно-революционного комитета признать необходимым».

Постановлением Иркутского ВРК от 3 февраля 1920 № 20 ЧСК была наделена судебными функциями с правом применения смертной казни «на период контрреволюционного вооруженного восстания». Оговаривалась безконфирмационность исполнения приговоров.

В тот же день постановлением № 24 образован Военно-революционный трибунал (ВРТ) при Ревкоме, который состоял из председателя и четырех членов, избираемых Иркутским Советом рабочих и солдатских депутатов (как состоявших так и не состоявших членами Совета). Подсудимым предоставлялось право приглашать защитника из лиц неограниченных в правах. Законными поводами для возбуждения уголовных дел признавались: а) сообщения военных начальников, политических комиссаров и войсковых организаций, б) сообщения административных и судебных должностных лиц и мест, в) жалобы и заявления военнослужащих и частных лиц и г) явка с повинной. Предусматривалось, что подследственные дела в трибунале должны рассматриваться с «возможной быстротой», под гарантии предоставления подсудимым защиты.

 По каждому представшему на скамье подсудимых составлялся обвинительный акт, копия которого передавалась ему на руки, кроме ее – копия списка свидетелей и судей. Срок для вызова свидетелей со стороны подсудимого или его защиты – три дня с момента вручения обвинительного акта и списка свидетелей. При вынесении приговора решающее мнение принадлежало за большинством голосов. Виновные приговаривались: а) к денежному штрафу, б) к общественному порицанию, в) к лишению свободы на определенные сроки или без срока, г) к общественным работам и д) к смертной казни. Смертные приговоры считались окончательными и вступавшими в законную силу через 24 часа, без дальнейшего кассационного обжалования.

До принятия этих постановлений губернская конференция РКП(б) утвердила резолюцию об отношении к смертной казни. В ней отмечалось: «…коммунистическая организация предлагает власти беспощадно карать врагов советской власти включительно до смертной казни». Чрезвычайной ситуации, требовавшей немедленно расстрела Колчака и Пепеляева на 6 февраля 1920 не существовало, как бы потом «литературно» не оправдывались А.А. Ширямов, И.Н. Бурсак и С.Г. Чудновский. А оправдываться им действительно приходилось. 13 февраля (в день, когда в городе было снято военное положение) в Иркутск прибыл представитель советской России, вместе с двенадцатью уполномоченными от центральной власти. Все они остались весьма недовольными скоропалительной казнью адмирала без санкции Москвы.

Судебного процесса ожидали и сами арестованные. 3 февраля с заявлением в адрес ЧСК обратился В.Н. Пепеляев. «Пусть это будет суд людей неодинаковых со мной взглядов, суд, пределы компетенции которого мне неизвестны, я решил его никак не избегать». Верховный правитель, выслушав постановление Иркутского ВРК № 27 о расстреле, по воспоминаниям Бурсака, вскрикнул: «– Как! Без суда?» Активная переписка зампредседателя РВС республики Э.М. Склянского с членом РВС 5-й Красной армии И.Н. Смирновым, в конечном счете, решила печальную участь русского адмирала.

Фото www.kemsu.ru (пресс-центр)

Центр изучения истории гражданской войны уже вошел в 602-страничную «Историю России»

Вышло в свет 602-страничное научное издание «История России: исследования и документы. Материалы Международной научной конференции «Архивные документы в системе объективного научного знания по истории России». 19 ноября 2010/Отв. Ред. И.А. Анфертьев; Сост. И.А. Анфертьев, Ю.С. Цурганов. М.: РГГУ. 2011».

На сс.113-126 моя статья «Аберрация историографии «Белого движения» начала XXI в. как «наивная спекуляция» публичных пиар-кампаний».

Дополнительно см.:

http://svdrokov.blogspot.com/2010_09_01_archive.html

Открытие Центра изучения истории гражданской войны [в Сибири?] или родила царица в ночь не то сына, не то дочь…

Что ж, времени с 13 января прошло достаточно, региональные СМИ и капелька общероссийских (МК) что могли в штучном количестве букв написать написали, пришло время подвести неспешный итог открытию Центра изучения истории гражданской войны в Омске. Ссылок достаточно…

Следует признать налаженное взаимодействие организаторов открытия со СМИ: прямых «ляпов» в публикациях не найти, написано под копирку и однотипно. Разве что Центр почему-то поименовали «историко-архивным»! Зато «ляпы» допускали некоторые организаторы сами, но об этом рассказ впереди…

А начну я, пожалуй, с малоприятной исторической темы, которая на протяжении десятилетий замалчивалась. Связана она с ответом на прямой вопрос: почему же Верховный правитель адмирал Колчак проиграл в борьбе? Ответ прост, и сформулирован самим Александром Васильевичем: «отсутствие порядочных людей». «Порядочных людей» в годы его правления на определенной географической местности, а не в предшествующую государственную деятельность.

Как была при нем, так и осталась «местничковость» там, где в старый Новый 2012 год, состоялось открытие непонятно чего: то ли центра, то ли музея, то ли филиала архива, то ли операционного зала по раздаче ссылок с электронных терминалов… Костность, «провинциализм», вырубка под корень «вишневого сада» под прикрытием лозунгов «любви» к малой Родине и… года российской истории!

Из указа Верховного правителя от 26 июня 1919 № 154: «Опять, как и раньше, в общую дружную работу начинают въедаться борьба удельных самолюбий, мелкие честолюбивые желания выставить всячески свою работу и по возможности опорочить работу соседа и набросить на нее тень, что создает атмосферу взаимной недоброжелательности и подозрительности.

Всем должно быть ясно, что только при совместной работе, когда каждая единица управления государством работает в полном согласии с другими, стремясь к выполнению своей работы с наименьшими ошибками, и возможна продуктивность органов государственного управления. Категорически требую прекращения розни, недоброжелательства и стремления выискивать промахи других и повелеваю каждому заниматься порученным ему делом…» Указ впервые был опубликован мною еще в 1999.

«Местничкость» «нынешних-2012» имеет свои исторические корни: «Общим для всей этой группы является уклон в сторону сибирского областничества, которое представляется для них как доктрина более или менее ограниченной автономии Сибири в будущем, а в настоящем как тактическое средство временного отграничения Сибири от более чем Сибирь разложившейся и зараженной европейской России. Это последняя идея – необходимой карантинной черты – осложняется расчетом создать в искусственно ограниченной Сибири базу…

Всей группе свойственен здоровый политический оппортунизм, склонность к деловой постановке вопросов, малая техническая подготовленность и отсутствие специальных административных знаний, значительная доля провинциализма… Практическая неподготовленность, малая осведомленность в специальных вопросах и провинциализм, служат источником нападок и нареканий на совет со стороны общественных деятелей, беженцев европейской России».

Вы спросите, Сергей Владимирович, а какие у Вас собственно основания для проведения таких аналогий?.. Так эти основания видны из кратких репортажей. Начнем со входа в здание. Прошу…

Источник:
http://www.omskinform.ru/main.php?id=1&nid=48648

Вы обратили внимание на латунную табличку «Правительство Омской области/Министерство государственно-правового развития Омской области/Центр изучения истории гражданской войны»?

А как же заявление руководителя Центра, связавшей его принадлежность с казенным учреждением «Исторический архив Омской области»? А как же заверение 9 июня 2011 министра государственно-правового развития Омской области г-на М.А. Дианова: «Согласно постановления областного правительства, Центр станет филиалом Исторического архива Омской области…»? Какого такого постановления, его номер и дата не сообщалось.

Дополнительно см.:
http://svdrokov.blogspot.com/2011/12/8-2011.html
http://svdrokov.blogspot.com/2011/11/blog-post_09.html

Еще раз: «кто» же «хозяин» Центра? Ну, не народ же :) Такого не бывает! Во время открытия 13 января 2012 организаторами не раскрывались задачи сочетания функций Центра в их одновременном исполнении как филиала Исторического архива Омской области, и музея, и исследовательского института…

В кадрах не мелькал Каталог экспонатов Центра, ни словом не говорилось о Планах научно-исследовательских/исследовательских работ на 2012, предусматривающих «давно назревшую необходимость системного и более глубокого изучения и освещения событий этого периода времени не только в Сибири, но и в России в целом».

Дополнительно см.:
http://svdrokov.blogspot.com/2011/06/blog-post_05.html
http://svdrokov.blogspot.com/2011/10/blog-post_12.html
http://svdrokov.blogspot.com/2011/06/blog-post_1118.html

Было позабыто обещание организаторов открытия Центра «вынести» первым на всеобщее обозрение личное дело владельца особняка Капитона Алексеевича Батюшкина. Хотя бы личное дело, ведь от знаменитого сада видного члена Общества попечения садоводства и древонасаждения давным-давно ничего не осталось. А восстановление и не предусматривалось при реконструкции территории, прилегающей к особняку.

Дополнительно см.:
http://svdrokov.blogspot.com/2011/08/4-2011.html
http://svdrokov.blogspot.com/2011/10/blog-post_15.html

В формализации деятельности Центра позабылась его Концепция:

http://www.iaoo.ru/files/file/NOVOSTY/Koncepciya.doc

«В основу формирования направлений деятельности Центра заложены имеющиеся ресурсы, состоящие из документов. Центр призван реализовывать следующие направления деятельности:

- организация комплекса мероприятий по выявлению и изучению документов, входящих в состав Архивного фонда РФ и Музейного фонда РФ, хранящихся в федеральных и региональных архивах РФ, по истории Гражданской войны в Сибири;

- планирование совместных мероприятий с общественными организациями и краеведами Омской области в целях выявления редких документов, связанных с событиями Гражданской войны в Сибири, и использование их при формировании экспозиций Центра;

- создание периодически обновляющейся экспозиции «Гражданская война в Сибири», сформированной на основании архивных документов, которая будет пополняться в дальнейшем;

- выявление и изучение архивных документов о личности А.В. Колчака как ученого-гидрографа, полярного исследователя, флотоводца, реформатора флота, героя Русско-Японской и I мировой войн».

Источник:
http://mgpr.omskportal.ru/ru/RegionalPublicAuthorities/executivelist/MGPR/eventofday.html

«В созданном центре, по словам руководителя Галины Бородиной, ученые и студенты смогут получить полную информацию о жизни и деятельности адмирала из собранной коллекции книг. – Сам сын Колчака считал, что лучшей книгой о его отце стало трехтомное издание «Допросы Колчака». У нас эта книга есть, и ею сможет воспользоваться любой желающий, – сообщила Бородина».

Источник:
http://infokanal55.ru/news/view?id=1765#!prettyPhoto

О каком таком трехтомном издании «Допросов Колчака» рассказывала уважаемая Г.Ю. Бородина, ссылаясь на известную в научных кругах статью Ростислава Александровича Колчака? Уж не это ли «трехтомник» был получен Историческим архивом Омской области в сентябре 2010? Так это 233-страничное издание 1925 года! Убедитесь сами из хроники:

http://svdrokov.blogspot.com/2011/01/blog-post_12.html

Дополнительно см.:
http://svdrokov.blogspot.com/2010/09/xxi.html

Просто при постраничном копировании книги, состоящей из 233 страниц, получилось 3 (три) тома бумаги. Но книга то одна!

Есть такая русская поговорка: Тля ест траву, ржа – железо, а лжа – душу. Прискорбно, что в вырубленном знаменитом саду, на берегу Иртыша, особняк государственного исторического деятеля Верховного правителя адмирала А.В. Колчака заняли «мелкие честолюбивые желания». Впрочем, посмотрим чему поспособствуют стены «терракотового» «марксистско-ленинского цвета»… :)

Дополнительно см.:
http://svdrokov.blogspot.com/2011/10/blog-post_3196.html
http://svdrokov.blogspot.com/2011/02/90.html

Об открытии Центра см.:
http://omskportal.ru/ru/government/News/2012/01/13/1326449938563.html
http://www.ortrk.ru/?story_id=A18927
http://m.news.mail.ru/inregions/siberian/55/7813179/
http://wek.ru/cultura/76545-v-omskoj-oblasti-otkrylsya-centr-izucheniya-istorii.html
http://ria-sibir.ru/viewnews/47795.html
http://gtrk-omsk.ru/news/detail.php?IBLOCK_ID=3&ID=79672
http://news.mail.ru/video/65518/

Кстати, я обратил внимание на реально достойное приобретение Центра – фотографию Верховного правителя, присланную из частной коллекции Сан-Франциско. А также на то, что ни словом не было сказано: от кого именно получена эта фотография… Показательно?.. Думаю, предостаточно.

Дополнительно см.:
http://svdrokov.blogspot.com/2012/01/blog-post_10.html

Фото www.omskinform.ru; http://hb.sibds.com

Адмирал А.В. Колчак: протоколы и стенограммы допросов на терракотовом фоне

В преддверье выставки ксерокопий документов допросов Верховного правителя России адмирала А.В. Колчака в залах Центра изучения истории гражданской войны [в Сибири ?]

Подробности см.:
http://svdrokov.blogspot.com/2011/01/blog-post_12.html

решил разместить у себя на блоге скриншоты подлинника протокола и один из нескольких вариантов стенограммы допросов Александра Васильевича. Ну где вы их увидите еще?! Если внимательно присмотреться, то в кадрах короткометражки (ссылка в посте) сотрудники Исторического архива Омской области бережно демонстрируют… старую бумагу, полученную из Новосибирска. Аналогичная бумага (sic!) хранится в ГА РФ и выдается за «подлинники протоколов».

Как видите, подлинники рукописные. В обязательном порядке на них присутствуют подписи всех участников допросов, как и самого Колчака. В связи с этим меня удивляют некоторые «историки», которые в своих виршах ссылаются на название публикаций, не упоминая при этом автора. Прикиньте какой труд вкладывает историк в подготовку публикации, тщательно выверяя рукописный текст, комментируя каждую фамилию, особенности ведения рукописи…

Дополнительно см.:
http://svdrokov.blogspot.com/2010/12/blog-post_25.html
http://svdrokov.blogspot.com/2010/09/xxi.html
http://svdrokov.blogspot.com/2011/02/blog-post_09.html
http://svdrokov.blogspot.com/2011/02/90.html

Кстати, в рамках ведущихся научных проектов, мною приобретен ряд уникальных современных исторических исследований американских историков. Будет время, напишу…

И все-таки было бы любопытно узнать бюджет и статьи расходов на научную деятельность Центра. Неужели его омские историки и краеведы так и будут «питаться падалью», выставляя ксерокопии документов, которые были в свое время опубликованы? При этом не указывая журналы, из которых они сами и научный мир впервые узнали об этих документах!

Если кто будет в Центре изучения истории гражданской войны обратите внимание на аннотации к «документам» в выставочных залах. Может так статься, что деньги, потраченные на стены, спровоцируют «фальсификацию истории» по остаточному принципу. Бывает и такое! :)

Протоколы допросов А.В. Колчака и А.В. Тимиревой в источниковедческом аспекте конца XX века

В 1998 г. авторский коллектив ВНИИДАД подготовил и опубликовал методическое пособие «Издание судебно-следственных документов советского периода. Методическое пособие. М.: [Росархив, ВНИИДАД], 1998».

Состав судебно-следственных документов советского периода, рассматриваемых в аспекте предварительного обобщения небольшого опыта публикации судебно-следственных документов конца XX в., включает подлинные протоколы допросов Верховного правителя России А.В. Колчака и А.В. Тимиревой.

Дополнительно см. на блоге ярлыки «Протоколы Колчака» и «Протоколы Тимиревой».

В пособии последовательно рассматривается методика каждого этапа подготовки судебно-следственных документов к изданию: выявления и отбора, выбора и передачи текста, археографического оформления, разработки научно-справочного аппарата.

Источник: http://www.opentextnn.ru/history/arkheography/metod/sovsled/?id=398

Рис. с сайта компании «Санлэнд»

Адмирал Колчак: «тихие сенсации» научной работы

Как я писал на блоге, в настоящее время ведется кропотливая работа над научными проектами

http://svdrokov.blogspot.com/2010/12/blog-post_25.html
http://svdrokov.blogspot.com/2010/11/2011.html
http://svdrokov.blogspot.com/2010/12/blog-post_12.html
http://svdrokov.blogspot.com/2010/10/blog-post_6444.html и др.

Благодаря помощи американских друзей, в состав предисловия (или отдельной главой) будет включен краткий обзор истории заселения США носителями фамилии «Колчак», которых насчитывается около 500 тыс. (авторские права и требования к персональным данным соблюдаются).

Американским коллегам за помощь огромное спасибо!

На рис. статистические диаграммы носителей фамилии «Колчак» на территории США (авторские права в научном проекте соблюдаются)

90-летие расстрела А.В. Колчака: Омский пиар приобрел стоимость

Министерство государственно-правового развития Омской области «пошло ва-банк». Не высохли еще чернила о дутой «сенсационной» передаче якобы «протоколов допроса» в Исторический архив Омской области, как тут же решено создать «Центр по изучению истории Гражданской войны в Сибири» за начальную стоимость 35 млн. руб.

Источники:

http://expo-interes.ru/2011/02/v-omske-otkroetsya-muzej-admirala-a-kolchaka/
http://www.vesti.ru/doc.html?id=425411

В этом центре, вы только вчитайтесь в эти достойные умиления строки, «будут работать историки, изучающие эти годы, архивариусы». Работать над какими документами, позвольте спросить? Ведь в так называемом «личном фонде А.В. Колчака (Р-3436)» нет ни одного документа (31 дело ксерокопий за 1900-2008 гг.), который можно было отнести к составу «личного фонда». И за что это архивистов обозвали «архивариусами», т.е. специалистами технических архивов?

Подробнее см.:
http://svdrokov.blogspot.com/2011/01/blog-post_12.html
http://svdrokov.blogspot.com/2010/10/blog-post_02.html
http://svdrokov.blogspot.com/2010/09/xxi.html

Далее, сообщается: в помещении разместят большой конференц-зал для проведения заседаний, а также мемориальный кабинет Александра Колчака, в котором будут храниться его личные вещи. Новость о «личных вещах» Верховного правителя России радует, но будет ли оправдано размещение портянок, кальсон и т.п. для всеобщего обозрения? Список личных вещей Колчака действительно имеется (и даже два), опубликованных мною еще в 1990 г. Поэтому «содержателям» бюджета (sic!) мемориального кабинета придется потрудиться над тем, чтобы представить исторические доказательства принадлежности «экспонатов» лично А.В. Колчаку. Помнится, мне как то в одном сибирском трактире показывали 10-ведерный самовар… :)

Соразмерны ли траты с бюджетом на оцифровку архивных документов учреждений архивной службы Омской области? Напомню – стартовая цифра на центр 35 млн. руб.

На рис. меню одного омского ресторана с узбекской кухней

В продаже книга: Верховный правитель России. Документы и материалы следственного дела адмирала А. В. Колчака

По многочисленным просьбам сообщаю, что в инет-продаже появился сборник «Верховный правитель России. Документы и материалы следственного дела адмирала А. В. Колчака». Изд-во Институт российской истории РАН, 2010. 722 стр. ISBN 5-8055-0106-6

См. пост: http://svdrokov.blogspot.com/2010/11/2011.html

Источник: http://www.ozon.ru/context/detail/id/5653700/

«Похмелье» или «о протоколах допроса Колчака без сенсаций»

О том, как Министерство государственно-правового развития Омской области в сентябре прошлого года решило «пропиариться» в «лучах» искусственно подогреваемого искаженного интереса к Верховному правителю России А.В. Колчаку, я уже писал в блоге (и рассказал коллегам на научной конференции в РГГУ).

Источник: http://svdrokov.blogspot.com/2010_09_01_archive.html

На экраны бывшей «белой столицы» вышел даже фильм, в котором приняли участие и некоторые специалисты Исторического архива Омской области. Источник: http://www.gorod55.ru/news/article/show/?rubric=10&id=2225

На мой вопрос, размещенный в гостевой книге Исторического архива Омской области, о составе документов, полученных из Государственного архива Новосибирского области, 2 октября 2010 г. пришел исчерпывающий ответ. Источник: http://svdrokov.blogspot.com/2010/10/blog-post_02.html

Сегодня я получил ссылку от зарубежных студентов, которые просят прокомментировать статью Павла Брычкова «О протоколах допроса Колчака без сенсаций», размещенную в омском рекламно-информационном журнале «Бизнес-курс» № 3 (365) от 6 октября 2010 г. Источник: http://www.bk55.ru/magazine/archive/2010/202/14837/

Автор пишет: «Впервые протоколы допроса Колчака были изданы в Берлине Гессеном в начале 1920-х в «Архиве русской революции» № 10, однако в публикации было много ошибок и опечаток, которые порой искажали смысл показаний адмирала. Произошло это потому, что издатель имел лишь небрежно выполненную копию с протоколов. Центрархив произвел расшифровку и сверку стенограмм, устранил неточности и опубликовал отдельным изданием в Ленинграде в 1925 году с предисловием Константина Попова. Именно копии с этого издания и были переданы из Новосибирска в Омск. Так что можно говорить лишь о библиографической редкости издания, а не уникальности. Начиная с 1990 года, именно по этому изданию протоколы допроса неоднократно переиздавались».

Развернутый комментарий не к конкретной статье (написанной объективно, в границах общедоступной информации), а в целом по составу комплекта (sic!) 4-х вариантов расшифровки стенограмм (не протоколов допросов, в мировой историографии впервые опубликованных в 1994 г.), будет включен в сборник документов по одному из текущих научных проектов. Так что, пожалуйста, дождитесь…

Рекомендую ознакомиться с постами:
http://svdrokov.blogspot.com/2010/10/1.html
http://svdrokov.blogspot.com/2010/10/2.html
http://svdrokov.blogspot.com/2010/10/3.html
http://svdrokov.blogspot.com/2010/11/blog-post_03.html
http://svdrokov.blogspot.com/2010/12/blog-post_25.html
и последними, посвященными протоколам допросов А.В. Тимиревой.

Отмечу, что в публикации «Архива русской революции» 1923 г. нет «ошибок и опечаток». Просто конкретный человек, который «взял» данный вариант (да и другие документы тоже), не входил в состав Чрезвычайной следственной комиссии, и не был знаком с систематической работой К.А. Попова, готовящего документы к судебному процессу на Атаманском хуторе. Библиографическая «редкость» издания книжки «Допрос Колчака» 1925 г. на современном букинистическом рынке оценивается от 3,5 до 10 тыс. руб. (ксерокопия или отсканированные имиджы с нее – бесплатно :) )

Уникальный научный консилиум по изучению стенограмм допроса А.В. Колчака

В рамках научных проектов (см.: http://svdrokov.blogspot.com/2010/11/2011.html) состоялся беспрецедентный консилиум по установлению школы стенографической записи допроса Верховного правителя России Колчака 1920 г.

Как известно отечественной историографии с 1994 г., вошедшая в состав книги «Допрос Колчака» 1925 г., расшифровка стенографической записи не может рассматриваться первоисточником по ряду палеографических признаков. Иными словами, книга – типографское издание старой бумаги, хранящейся в одном из государственных архивов, не удостоверенная подписями хотя бы одного из непосредственных участников, или, тем более, допрашиваемого.

На вопрос – чему же доверять, еще с 1994 г. был дан ответ: подлинным протоколам допросов адмирала А. В. Колчака и А. В. Тимиревой, опубликованным мною в научно-практическом профессиональном журнале «Отечественные архивы». 1994. № 5. С. 84-97; № 6. С. 21-58. А с 1995 г. – остаткам разорванной оригинальной стенографической записи снятия показаний с Колчака (подробно см.: С.В. Дроков. Подлинные протоколы допросов адмирала А.В. Колчака и А.В. Тимиревой как новый источник по истории «белой» Сибири//Тезисы научной конференции под ред. С.П. Звягина и др. – Кемерово, 1995; Дроков С. В. Следственное дело А. В. Колчака как источник по истории гражданской войны в Сибири : Дис. ... канд. ист. наук : 07.00.09 М., 1998 и др.)

На консилиуме я предложил рассматривать курсивную систему В. Штольке в доработке Станислава Михайловича Длусского, или стенографа Государственной думы Я.В. Хлебникова. Система характеризуется стройностью вокализации и последовательностью. Она отличается длиннотой начертаний, наличием повисших в воздухе знаков. Сократительные приемы состоят в постоянных условных сокращениях – корнях, расположенных в трех позициях относительно строки (в зависимости от корневой гласной).

В пакете с разорванной частью стенограммы имеются кусочки стенозаписи школы, которую условно можно сопоставить со школой Михаила Андреевича Терне. Вокализация Терне схожа с системой Штольке – абсолютная позиционность в сочетании с нажимом. Графически систему характеризует лестничность при полном выписывании, а в речеписи – наличие известного количества повисших в воздухе или опущенных под строку целиком знаков, что является абсолютно-позиционной вокализацией.

Таким образом, установлена основная причина, по которой Каминская не могла прочитать стенограмму Дробышевской. Подробности в предисловии к сборнику документов… Планируется в его состав включить качественные имиджи документов, отсканированные на высокочувствительной аппаратуре известной в России и за рубежом Компании ЭЛАР.

Монография В.С. Бобровой: фундаментальное исследование истории архивного строительства в Сибирском регионе

В 2010 г. вышла в свет монография Виктории Сергеевны Бобровой – кандидата исторических наук, доцента Омской гуманитарной академии: Архивное дело в Сибири в 1920 – 1960 гг. – Омск: НОУ ВПО «Омская гуманитарная академия», 2010. – 456.

В научном труде впервые системно исследуется процесс организации и развития архивного дела в Сибири, основные тенденции архивного строительства в 1920-1960 гг. в контексте социально-политической истории СССР. Приводится ценная информация о вывозе ценных архивных документов в центральную часть России в 1920-1930 гг.

Во многом благодаря научному исследованию В.С. Бобровой, можно найти ответы на вопросы комплектования документами ВЧК-ОГПУ НКВД «Следственного дела по обвинению Александра Васильевича Колчака и других». Видовой состав 475 документов на 1668 нестандартных листах за период 26 октября 1917 – 30 июля 1963 гг. см.: С.В. Дроков. Адмирал Колчак и суд истории. – М.: ЗАО Центрполиграф. 2009, СС. 334-363.

28 апреля 1935 г. сотрудники ГУГБ НКВД писали: «В настоящем деле сосредоточены подлинные протоколы допросов Колчака, заверенные стенограммы заседаний Чрезвычайной следственной комиссии, допрашивавшей Колчака и заверенная копия приговора (опубликовано – С.Д.). <…> Подлинное следственное и судебное производство по делу колчаковского правительства не найдено, несмотря на принятые меры розыска в архивах и музеях Москвы, Иркутска, Омска и Новосибирска».

Комплекс объективных причин (за длительный период времени) этих безуспешных поисков раскрывается в монографии В.С. Бобровой: «<…> Ф.Э. Дзержинский в марте 1920 г. в телеграммах председателям Сибревкома и сибирской ЧК, отметив, что «дело собирания архивов правительства Колчака» «стоит не на высоте», предлагал обратить «особое внимание на розыск их» и создать для этого специальный орган»…

По вопросам приобретения монографии Вы можете обратиться лично к Виктории Сергеевне Бобровой по ее э-адресу VB-2001@mail.ru

Допрос адмирала А.В. Колчака. Часть 3

М.А. Михайлов: Теперь по поводу расстрела и судьбы трупа Колчака. Версия о расстреле и погребении на территории тюрьмы, выдвинутая Вами на основании анализа списка одежды Колчака и того, что все еще хранится где-то в Иркутске, очень привлекательна. Тем более, Тимиревой и Пепеляевой обещали тела выдать. (Но этот иезуитский стиль ответа, тоже объясним). Нужно отыскать эти вещи и скрупулезно сравнить их со списком. Но почему на территории тюрьмы перед расстрелом раздели (и как это возможно по отношению к столь высокопоставленному узнику), а на Ушаковке перед расстрелом не могли раздевать (холодно было)?

Дроков: А Вы не видели внутреннего двора старого здания тюрьмы в Иркутске? Пространство то небольшое. Если бы раздели на Ушаковке, то вещи (шуба, папаха и т.д.) надо было бы нести в руках. А это дурная примета…

Дроков (октябрь): Кстати, ни в советской, ни в русской историографии или мемуаристки я не встречал фразы, которую выкрикнул Колчак перед расстрельным залпом. И это вовсе не «благословенье сыну», переданное через С. Чудновского. Я не решаюсь доподлинно написать предсмертную фразу Колчака: «Спасибо вам…» (далее шли неоднозначно расслышанные конкретныe адресаты).

М.А. Михайлов: По поводу возможности обнаружения трупа Колчака и Пепеляева и Чин Пека (этот человек, как расстрелянный вместе с Колчаком для меня новость, но я чувствую, что это Ваша находка и Вы об этом еще напишите).

Дроков: Да опубликовано это в «Совершенно секретно» (под рукою нет статьи). Международный ежемесячник «Совершенно секретно», № 1, 1997 «Палец Будды. Раскрыта тайна последней экспедиции Колчака».

<…>

М.А. Михайлов: Вы меня озадачили с творчеством стенографисток. Я представляю, что такое стенография и как-то доверял ей, считаю, что это система закорючек позволяет достаточно дословно успевать фиксировать устную речь. Но Вы, наверное, правы и стенографист-«зашифровщик» и стенографист-«расшифровшик» (если это разные люди), наверное, привносят что-то свое. Что касается советских публикаций «Допросов…» в 1925 году, то я считал, что нашим просто деваться было некуда после того как Берлине их опубликовали и они сделали то же самое с предисловием Попова.

<…>

Дроков: В стенограмме (реальной) допроса Колчака следует установить: школу стенозаписи, опыт стенографисток (например, опыт Каминской очень высокий), сравнить варианты расшифровки. Это серьезная и кропотливая задача…

Вы пишите: «Что касается советских публикаций «Допросов…» в 1925 году, то я считал, что нашим просто деваться было некуда после того как Берлине их опубликовали и они сделали то же самое с предисловием Попова». Ничего подобного, это была четкая и критическая задача советской власти по единственной причине: кто опубликовал берлинское издание? По моим исследованиям Б. Николаевский – видный с.д. и опубликовал не лучший вариант расшифровки. А попросту <…> и вывез за кордон. Но это тоже целая история… Связанная и с личными мотивами Попова, которого стали обвинять в отступлении от коммунистического мировоззрения, а ему надо было укрепиться в Институте марксизма-ленинизма, иначе или на пароход или в расход.

М.А. Михайлов: А племянница Пепеляева живет в Москве?

Дроков: Насчет племянницы В.Н. Пепеляева пересылаю свой ответ одному из блогеров:
«Я 19 июля 1990 г. встречался с племянницей В.Н. Пепеляева – Ниной Аркадьевной (проживавшей тогда <…>) в г. Омске на ул. Пушкина. У меня есть запись в дневнике об этой встрече:

«... Дверь открылась и на пороге стояла женщина 70-ти лет; вся седая, с короткой стрижкой, близорукие голубые глаза, увеличенные линзами очков. Лицо все в морщинках, что говорит о ее добродушном и веселом нраве. Позднее она сама сказала, что оптимистка. Пригласила в прохладную комнату (на дворе стояла 30-градусная жара)... Когда я представлялся, то она в ответ протянула руку и, к своему удивлению, я почувствовал крепкое рукопожатие. Все говорило о том, что это человек сильный духом и характером. Я решил взять «быка за рога» и, вперед, сразу к цели своего визита: Колчак и Тимирева.

Она несколько растерялась и сказала, что вряд ли может быть полезной, так как в то время ей было всего 4-5 лет. Виктора Пепеляева помнит как нечто большое, он возил ее с сестрой в магазин за покупками, и только... Достала семейный альбом (я так понял, что не единственный) и стала по фотографиям рассказывать о Пепеляевых. Сразу же показала фотографию деда, а значит отца Виктора Николаевича. Характерный голубой близорукий взгляд, в орденах, при шейном кресте, в звании, кажется, генерала... Когда семья Пепеляевых бежала в Иркутск от красных, то Н.А. Пепеляева девочкой забежала как то в соседнее купе вагона, которое оказалось купе Тимиревой. Кругом были книги, журналы, картины. Говорит, что более всех о Пепеляевых знала ее мама, которую та просила писать, но это не удавалось. Сейчас наиболее осведомлена ее двоюродная сестра, которая любила слушать «рассказы про старину»... Сама она музыкант. В комнате стоит старинный рояль, привезенный по реке Иртышу в Омск. Вроде как подарок губернаторши, которая подарила его ее матери на свадьбу...»

Запись о встрече большая и беглая. Я тогда вел свой дневник для использования в розысках информации про А.В. Колчака. А в конце 1980-х и начале 1990-х гг. подобные «розыски» были чреваты, несмотря на внешние политические изменения в стране <…>

Допрос адмирала А.В. Колчака. Часть 2

М.А. Михайлов: Но юридические инстанции руководствуются все же фактами, а не эмоциями, поэтому считать, что Ваша книга вдруг станет официальным поводом к пересмотру решения об отказе в реабилитации не приходится. Тут нужна совместная работа историков и юристов. Я знаю, что такая работа ведется, но, к сожалению, не знаю подробностей. (Вот информация 2007 г http://www.smi.ru/04/12/07/3104267.html)

Дроков: В прошлом году я встречался с С.С. Зуевым (очень энергичный человек). Он показывал мне очередное обращение по поводу реабилитации Колчака. Обращение основано на культурном значении личности адмирала в истории государства. Вы тоже сторонник культурного наследия Колчака?.. Лично я не понимаю данного словосочетания, зная диссертацию Александра Васильевича «Служба Генерального штаба…» Для меня он, прежде всего, офицер. Юристы (в лице прокуратуры) себя уже показали… В любом случае – основанием должны служить документы (не воспоминания-сопли и т.п.) На первом этапе они (документы) представлены хотя бы в моей книге.

М.А. Михайлов: Конечно, в русле повода для нашего знакомства меня заинтересовали глава 4 и глава 5 о юридической правомочности текстов допросов. Под текстами допросов Вы подразумеваете стенограммы заседаний ЧСК и протоколы допросов, я правильно понял.

Дроков: Иная последовательность. 1) Проект сводки вопросов к допросу. 2) Протоколы допросов (заверенные всеми членами ЧСК и допрашиваемым Колчаком). 3) Совокупность расшифрованных стенограмм заседаний ЧСК (или совокупность художественного произведения).

М.А. Михайлов: Актуальность глав понятна. Ведь именно по этим документам российская военная юстиция в 1999 году судила о тех или иных фактах и принимала решение об отказе в реабилитации.

Дроков: Нет, решение принято не по совокупности стенограмм, а книге 1925 г. издания.

М.А. Михайлов: Если эти первоисточники недостоверны и сфальсифицированы, значит и решение Забайкальского окружного военного суда неправомочно. <…>

Дроков: Пишу еще раз, работы историков никогда не являются каноном. Это всего лишь направленность для дальнейшего исследования…

М.А. Михайлов: Интересен и важен Ваш анализ «литературной обработки» текстов стенограмм Поповым для их публикации. Вами доказано вольное отношение к следственным документам председателя ЧСК Попова, который посчитал возможным вольную правку «по памяти» отдельных слов и даже фраз участников допросов. Более 120 исправлений Попова в опубликованных стенограммах, конечно же снижают доверие к ним как к первоисточникам.

Дроков: Для источниковедения, с моей точки зрения, это достаточный повод для того, чтобы говорить о совокупности стенограмм как авторском художественном произведении. Кроме того, а почему постоянно забывается о творчестве (внимание! творчестве) двух стенографисток? Уже изначально, стенограммы обусловлены профессиональным мастерством двух лиц, о которых постоянно забывают. Почему? В итоге: авторство в квадрате. К тому же, Каминская не смогла прочитать запись Дробышевской. Что такое мастерство стенографирования знаю по себе, обладая некоторыми навыками русской школы стенографирования. Бегло рассматривая стенограмму (не расшифровку), у меня сложилось впечатление, что у Каминской (кстати, стенографировала суд на Атаманском хуторе) и Дробышевской – разные школы.

М.А. Михайлов: Однако влияют ли они в целом на обстановку допроса, тактику поведения ее участников и меняют ли кардинальным образом результаты допроса?

Дроков: А почему не учитывается проект вопросов по ведению допроса, ведь он был опубликован? А почему не учитывается работа ЧСК до ареста Колчака, Пепеляева? А почему не рассматривается протокол допроса А.В. Тимиревой (он опубликован мною вместе с колчаковским)? Что понимается под результатами допроса? Ответы по проекту его ведения? Так план выполнен. Почему тактика поведения участников не обуславливается текущей политической ситуацией? В книге я как смог описал эту ситуацию.

М.А. Михайлов: Читая голый список исправлений в стенограмме я не увидел (или не смог увидеть) кардинального изменения смысла происходящего, вызванного этими исправлениями по ключевым моментам допросов (обвинений со стороны допрашивающих и т.п.). Для этого перед глазами нужно иметь два варианта текстов: первоначальный и исправленный. Был бы рад ошибиться и был бы благодарен за возможность ознакомления с вариантом стенограммы, который Вы считаете подлинным.

Дроков: Полагаю, правильнее было бы издать: во-первых, имиджи разорванной части стенограммы (ну, чтобы Вы представляли что это такое, вспомните, арабскую вязь), во-вторых, все варианты авторского художественного произведения, в-третьих, имиджи архивной рукописи книги 1925 г. (где никто не сможем увидеть ни одной подписи), в-четвертых, опять же книгу 1925 г. (впрочем, излишне), в-пятых, берлинскую публикацию 1923 г.

М.А. Михайлов: На с.121 монографии Вы пишите «Располагая действительно подлинными протоколами допросов Верховного правителя с его и всех членов ЧСК собственноручными подписями, можно сделать вывод, что издатели «Допроса Колчака» заменили протоколы на стенограмму показаний. В качестве доказательства правомерно рассматривать изменения, внесенные К.А.Поповым в один из экземпляров текста стенограммы. <…> Сергей, мне как юристу и бывшему следователю непонятна эта фраза. Не обижайтесь на меня, а растолкуйте, что Вы имели в виду? Замена была полной или частичной? Имела место корректировка допросов на основании стенограмм?

Дроков: Все очень просто. Нужно взять в руки книгу (не инет-контент) «Допроса Колчака» и посмотреть на шмуцтитул к книге, где имеется такая страница «Протоколы… (стенограммы)». Видите? Если это протоколы, то они не соответствуют протоколам, впервые опубликованным в 1994 г. Если это стенограмма, то надо из предисловия к книге Попова выписать номер фонда, номер дела и взять в руки это самое дело. Так вот, в деле (так называемая рукопись книги), которое хранится в госархиве (и даже гордо выставляется на выставках как «протоколы») НЕТ НИ ОДНОЙ подписи кого бы то ни было (в данном случае Попова, хотя в книге имеется приписка после каждой стенограммы: Верно: Попов).

Лично для меня – это всего лишь старая бумага, хранящаяся в архиве (и что с того?) Вывод: книга – ни протоколы, ни стенограмма, а художественное произведение, которое учитываться при снятии конкретных обвинений с Верховного правителя не может. Ну почему Вы настолько доверчивы к типографски изданным книгам, которые именуются «протоколами», «стенограммами» не чего-нибудь, а конкретного допроса?

М.А. Михайлов: Протокол и стенограмма допроса не могут быть идентичными. Я уже писал в своей статье, что протокол – это в какой-то степени творческое произведение того, кто его пишет (чаще следователя, но иногда и допрашиваемого, если ему дозволено собственноручно записывать свои показания).

Дроков: В конкретном случае все наоборот. Все члены ЧСК и сам Колчак ставили свои подписи, а Колчак чуть ли не каждом листе протоколов. Подпись означает согласие с записанным. Или я ошибаюсь?

М.А. Михайлов: Если протокол допроса пишет следователь, то допрашиваемый в заключении этого следственного действия знакомится с его письменной версией своих показаний о чем делает примерно такую пометку: «С моих слов записано верно, мною прочитано» или «С моих слов записано верно и мне прочитано вслух» И каждый лист протокола заверяет своей подписью. Если же следователь не так понял допрашиваемого и записал «не совсем то», что последний говорил, то при ознакомлении с протоколом, он в конце пишет, что именно записано не так, либо дополняет записи следователь. На мой взгляд, стенограмма более объективный источник, своеобразный архаичный аналог современной аудиозаписи допроса.

Дроков: Ни в коем разе! Может ли объективность (sic!) быть настолько зависима от профессионализма стенографистки? В данном случае сразу двух. Это не аудиозапись!!!! Поверьте… :)) Представьте себе арабскую вязь.

М.А. Михайлов: У меня вопрос изучая различные варианты стенограмм сталкивались ли с тем, что там были вычеркнуты целые абзацы или страницы?

Дроков: В стенограмме (подчеркиваю: стенограмме: представьте себе арабскую вязь) ничего не вычеркивалось. От нее остались незначительные крохи. В редакторской правке совокупности (!) текстов расшифровки нет вычеркнутых абзацев или страниц. Только отдельные слова, или предложения.

М.А. Михайлов: Сергей, пока я признаюсь Вам, что Вы не убедили меня в своей монографии, что изданные в 1925 г стенограммы допросов «исторический подлог» в полном объеме, и что у меня нет оснований анализировать его как первоисточник по тактике допроса.

Дроков: Вы вправе выбирать источник для анализа. Тогда почему свой анализ проводите исключительно по совокупности текстов художественного произведения, опубликованного в 1925 г.? Почему не сравниваете с ранней публикацией 1923 г.? С чего это вдруг (и вдруг ли?) появилась книга в 1925 г., если была публикация «того же» в 1923 г. в Берлине? А есть еще англоязычная, почему ее игнорируете? :))

В подобных условиях, не лучше ли все же остановиться на документах допроса (не стенографисток), где имеются подписи самого Колчака и всех членов ЧСК – протоколах? Выбор за Вами :))

М.А. Михайлов: Если какие-либо тексты были сфальсифицированы полностью, то это можно установить с помощью автороведческой экспертизы текстов.

Дроков: Ни к чему. Надо просто издать сборник документов в последовательности, о которой писал выше.

М.А. Михайлов: Спасибо за главу 9 Перечень документов следственного дела. Не всем дело доступно, а благодаря перечню можно сориентироваться где искать. Я в полном заблуждении с фотографиями членов ЧСК. Кто где на общем снимке. Я Вам об этом уже писал.

Дроков: Аннотации к фото даны по музейным описаниям. Детальное установление лиц на фото – дело очень трудозатратное.

Допрос адмирала А.В. Колчака. Часть 1

Ко мне стали обращаться с просьбой пояснить ситуацию с «наивной спекуляцией» публичной пиар-кампании, предпринятой 21 сентября 2010 г., и растиражированной СМИ по «всем весям». Речь идет о передаче Управлением госархивной службы Новосибирской области в Исторический архив Омской области «единственно точного и достоверного свидетельства того, что происходило перед расстрелом адмирала в Иркутске». http://mgpr.omskportal.ru/ru/RegionalPublicAuthorities/executivelist/MGPR/news/1285062393401.html

Вопрос, что же считать подлинным в допросе А.В. Колчака: протоколы или один из многочисленных вариантов стенограмм заседаний ЧСК, остается открытым и дискутируемым.

С любезного согласия уважаемого зав. Кафедрой уголовного процесса и криминалистики Таврического Национального университета им. В.И. Вернадского, к.ю.н., доцента Михаила Анатольевича Михайлова (http://www.crimea.edu/tnu/structure/law_fac/law_krim/index.htm) (http://www.mikhailov.crimea.edu/)представляю нашу с ним переписку.

Первоначальным поводом для знакомства послужило сообщение Михаила Анатольевича «Тактико-криминалистический анализ допросов А.В. Колчака», опубликованное в Ученых записках Университета (серия «Юридические науки») в 2009 г. (том 22 (61), № 2) http://science.crimea.edu/zapiski/2009/law/uch_22_2/008_mihaylov.pdf

Купюры в переписке обозначаются знаком <…>. Данный пост разбиваю на три части

20-27 августа 2010 г.

М.А. Михайлов: С большим интересом прочел Вашу монографию «Адмирал Колчак и суд истории». Хотел бы поделиться своими впечатлениями, если они Вам, конечно, интересны. <…> Работа меня очень заинтересовала, в ней масса фактов, которые неизвестны не только широкому читателю, но и специалисту.

Дроков: Книга – сборник опубликованных ранее (начиная с 1989 г.) некоторых моих статей. По сути, структура этой книги является новой для историографии, поэтому некоторые называют ее – книга-документ, с чем я согласен. Это новый подход к «истории» и оформлению результата исследования. Он невыгоден для некоторых исторических школ <…> Причина – высокая требовательность к первоисточникам и качеству выводов.

В период работы над статьями «Суд на Атаманском хуторе» и «Некоторые вопросы…» (конец 90-х) я не имел возможности видеть собственными глазами некоторые знаменательные исторические документы. Позднее (буквально до смешного: в день получения диплома кина в ИРИ РАН), в книжном киоске института купил единственный экземпляр толстенного труда Амстердамского Института социальной истории, и смог ознакомиться с документами, связанными с переговорами местной Иркутской власти с центральной советской властью. Облегченно перекрестился, потому как получил подтверждение своим выводам, составленным всего лишь по газетным сообщениям периода 1919 г. и начала 1920-го.

Полнота темы «причин краха колчаковщины (правильнее, правобольшевистской атамановщины)», по всей видимости, никогда не будет доступна для публичного обсуждения, или преподавания в ВУЗах. Не будет обсуждаться и низкий профессионализм и местничковость окружавших Колчака деятелей Сибири. Не будет обсуждаться стремление Сибири к автономности от центральной России и противостояние этому Колчака-государственника. Не будет обсуждаться неуместность взаимосвязи земства с вооруженными группировками, почему то ныне именующихся «земской ратью»… Многое чего не будет…

М.А. Михайлов: Тут и экскурс в родословную Колчака и работа ЧСК. Я понял, что гораздо позже чем Вы, шел по тому же пути, пытаясь представить обстановку допросов и мысли ее участников. Это чувство я испытал второй раз. Первый – когда уже после публикации своей публикации увидел сцены с допросами в сериале «АдмиралЪ». Для меня было откровением, что В.Пепеляев написал письмо с требованием не освобождать его, провести расследование и тот, факт, что его даже ни разу не допросили перед расстрелом. В.Пепеляев также, на мой взгляд, личность, достойная особого исследования.

Дроков: Полностью согласен. С его племянницей я встречался в начале 90-х гг.

М.А. Михайлов: <…> Очень интересны и главы об убийстве заложников на Байкале и о процессе на Атамановском хуторе. Хотя эти события произошли уже после гибели адмирала, Вы совершенно справедливо включили их анализ в свою книгу. Я по-доброму позавидовал Вам и Вашим возможностям работы в архивах.

Дроков: Скопилось громадье первоисточников, особенно англоязычных (британских и американских). Сейчас в планах книга-документ :)) о взаимоотношениях Колчака с союзниками в период Первой мировой войны. Сделать ее (работу) необходимо крепко сбитой, да так, чтобы не появлялись книги-статьи И. Иванова (реальная фамилия псевдонима Вам известна). Кстати, мне «убийственно» нравятся его работы не по исторической фактологии, а по схеме изучения школы искажения первоисточников (это перспективное направление для историографии). Представителей этой школы <…> скоро не останется в живых. Но школа продолжает работать! Вот последний образчик http://lookcool.diary.ru/p121411619.htm Это сказка для историка!!

М.А. Михайлов: Как я понял, одной из целей работы (может быть даже и главной) является все-таки инициирование реабилитации А.В. Колчака (хотя бы частичной), несмотря на уже принятое решение Забайкальского окружного военного суда. Кстати, действительно у офицера прокуратуры, который готовил материалы фамилия Чапаев?

Дроков: Нет. Не реабилитация, а снятие конкретных обвинений. Они перечислены в книге. В стране «сюрреализма» и решение должно быть аналогичным… :)) В одном из блогов я встречал фамилию Чапаев, этот молодой человек похвалялся своим причастием к выводам о «невозможности» реабилитации. Лично я общался с одним из руководителей прокуратуры, но это была женщина. Общался по телефону по ее просьбе.

М.А. Михайлов: Это решение, принятое более 10 лет назад, на мой взгляд, было скоропалительным, а люди, его вынесшие не смогли быть достаточно объективными, освободившись от стереотипов, которыми были забиты наши головы многие десятилетия. Освобождаться от них нужно разными способами, в том числе и с помощью таких фильмов как «АдмиралЪ».

Дроков: Хм. Освобождаться от стереотипов при помощи фильмов?.. Но все фильмы (в том числе и документальные) – плод труда не сценаристов, а историков и предметников. Вы не видели сценарий <…> Там Колчака на санях вывозили на расстрел. Он сидел и пел романс… И шишки кедровые громко хрустели под полозьями саней… Да-да! :)) Только плотная совместная работа <…> с кинорежиссером помогла хоть как-то выровнять сценарий <…>

http://svdrokov.blogspot.com/2010/10/2.html
http://svdrokov.blogspot.com/2010/10/3.html
http://svdrokov.blogspot.com/2010/10/blog-post_18.html

Ответ Омского архива

Ответ Омского исторического архива на мой запрос о составе исторического документа, поступившего к ним из Новосибирска. Обратите внимание: КСЕРОКОПИЯ!

Аберрация историографии «Белого движения» начала XXI века как «наивная спекуляция» публичных пиар-кампаний

Представляю краткие выдержки из своего выступления на Международной научно-практической конференции«Архивные документы в системе объективного научного знания об истории России»18-19 ноября 2010 г. Обсуждение затронутой темы состоится во время конференции.

<...> 21 сентября 2010 г. на официальном портале Правительства Омской области (Министерство государственно-правового развития Омской области) было размещено сообщение (растиражированное федеральными и региональными СМИ) о передаче в Бюджетное учреждение Омской области «Исторический архив Омской области» «заверенных копий» допросов Верховного правителя А.В. Колчака. Документы вошли в состав «личного фонда А.В. Колчака (Р-3436)», где уже имеется 31 дело за 1900-2008 гг.
<...>
В сообщении предпринята попытка подчеркнуть «уникальность» документов и факта их передачи с привлечением книги «Допрос Колчака», изданной «Центрархивом» в 1925 г., под редакцией и предисловием К.А. Попова, совместно с М.М. Константиновым. Искаженно процитировано предисловие к ней: «Допрос дал недурной автопортрет Колчака, историю возникновения колчаковской диктатуры, ряд характернейших черт колчаковщины».

Судя по всему, Министерство государственно-правового развития Омской области не располагало доступом к книге, в которой помимо «Предисловия» имеется еще и важный редакционный комментарий. В нем, в частности, указывается: «Публикуемые Центрархивом протоколы заседаний Чрезвычайной Следственной комиссии по делу Колчака воспроизводятся по стенографической записи, заверенной заместителем председателя Следственной Комиссии К.А. Поповым, и хранящейся в Архиве Октябрьской Революции (Фонд LXXV, арх. № 51)» …
<...>
Попытка Министерства государственно-правового развития Омской области преподнести информацию о передаче «единственных точных и достоверных свидетельств подлинных допросов Колчака» невольно напомнила 16 августа 2010 г. В этот день, создатель «Титаника» и «Аватара» Джеймс Кэмерон, совершив погружение на аппарате «Мир-1» в районе мыса Толстый на юге озера Байкала, заявил о своей находке легендарного «золота Колчака». Режиссер планировал претендовать на получение 25% от общей стоимости найденного клада. Средства предназначались для вложения в съемки продолжения фантастического блокбастера «Аватар».

Спустя некоторое время, бизнес-группа «Метрополь», организовавшая экспедицию «Миры на Байкале», пошла ва-банк, заявив, что, действительно, обнаружены три слитка желтого цвета в районе мыса Толстый на Кругобайкальской железной дороге. Естественно, батискаф «Мир» не смог поднять ни один из слитков… Председателю Совета Федерации С.М. Миронову даже вручили некий металлический слиток желтого цвета, заявив, что это и есть «золото Колчака».

Под давлением общественности, Фонд содействия сохранению Байкала выложил на своем сайте «сенсационные кадры» якобы обнаруженных на дне озера предметов, похожих на золотые слитки. Сотрудники иркутского агентства «Телеинформ» покадрово исследовали весь фильм, однако так и не смогли обнаружить ни одного из четырех «прямоугольных объектов с металлическим блеском, похожих на золото». На представленной записи видны только камни и бревно.

Руководителю глубоководной экспедиции на Байкале Института океанологии им. П.П. Ширшова РАН профессору и Герою России А.М. Сагалевичу пришлось объясняться: «Я не знаю, кому удобно и выгодно распускать подобные слухи… Нашей целью изначально было изучение дна озера, а не поиск артефактов. Чтобы вот так просто на такой огромной площади наугад искать место захоронения клада, нужно быть большим авантюристом. Необходимо предварительно изучить все архивы, выработать версии, потом уже приступать к поискам. А здесь просто разошлась утка, что на глубине 400 метров обнаружены фрагменты железнодорожных вагонов. Как они могли попасть на глубину? У нас что, поезда по льду ходят? Или их туда кто-то отбуксировал? В общем, ничего, кроме иронии, у нас эта «сенсация» не вызвала» …
<...>
Есть цели, смысл которых противен природе научной исторической деятельности и творчеству, и, как правило, такими не считающиеся. Тем не менее, резкий всплеск общественной потребности к слухам, вымыслам и мифотворчеству о «золоте Колчака», «кладоискательству» и «гробокопательству», позволяет определить главную цель преднамеренного искажения или аберрации историографии «Белого движения» начала XXI века: «наивная спекуляция» для привлечения денежных средств.

Надлежит отбросить излишнюю брезгливость в изучении «наивной спекуляции» самостоятельным исследовательским направлением, учитывая цикличность оборота мифов при смене поколений. Анализ намеренного искажения историографии может послужить основанием для мониторинга общего уровня образования и качества преподавания не только исторических, но и прикладных документоведческих, а также архивных дисциплин…
<...>
Например, насколько соответствует законодательным и нормативным требованиям создание так называемого «личного фонда» А.В. Колчака в Бюджетном учреждении Омской области «Исторический архив Омской области»?
<…>
В частности, еще пятнадцать лет назад (характерный срок для цикла оборота мифов, связанный со сменой поколения), сразу же после публикации подлинных протоколов допросов Верховного правителя России, в научном историческом сообществе, стала обсуждаться тема подлога или фальсификации первоисточников, опубликованных в книге «Допрос Колчака».

Известные русской истории историографии с 1923 г., а англоязычной зарубежной – с 1935 г., так называемые, «протоколы допросов» адмирала Колчака давно приобрели не только историческое, но и общественно-политическое значение. Практически все исследования, посвященные «колчаковщине», в своей основе, построены на опубликованном в 1925 г. «Допросе Колчака».

Однако даже поверхностный анализ ведения допроса – ответ-вопрос, единственная заверяющая подпись под двусмысленным заголовком «Протоколы заседаний Чрезвычайной следственной комиссии по делу Колчака (Стенографический отчет)», с юридической точки зрения, ставил под сомнение соответствие понятия «протокол» как специфического вида документа, с текстом этой книги. Необходимо было разобраться с вопросом: что же в «Допросе», протоколы или стенографический отчет? Наличие двух изданий (берлинского и ленинградского) также настораживало и подталкивало к поиску первоисточников в оригинале.

Публикация в 1994 г. подлинных протоколов допросов Верховного правителя, выявленных в «Следственном деле по обвинению Колчака Александра Васильевича и других», позволила утверждать, что «Допрос», с его претензией «на единственно точное и достоверное воспроизведение подлинных протоколов», в течение семидесяти с лишком лет, подменял действительно подлинные документы.

<…> Подводя итог аберрации историографии «Белого движения» начала XXI века в современных пиар-кампаниях следует признать, что переданные в «личный фонд» А.В. Колчака Бюджетного учреждения Омской области «Исторический архив Омской области» документы являются всего лишь 5-м экземпляром литературной обработки стенограмм заседаний Чрезвычайной следственной комиссии по делу адмирала. И, если говорить об «уникальности события», то, как об очередной «наивной спекуляции», сопоставимой мифотворчеству о «золоте Колчака», «кладоискательству» и «гробокопательству».